Верхи
Kazakhstan Politic

4 уголовника и 17 поддельных дипломов: кто в Казахстане рвется к власти?

Каковы итоги эксперимента по прямым выборов акимов в Казахстане, по мнению политолога Данияра Ашимбаева, покажет время

Российская газета

Рассуждая об итогах прямых выборов акимов в Казахстане, политолог Данияр Ашимбаев высказал мнение, что страна ждала давно введения этого процесса, однако власть никак не решалась выпустить из-под контроля любой механизм влияния на кадровую политику. В итоге, по мнению эксперта, на указанную политику стали влиять все: аппаратные группы, ФПГ, СМИ, ОПГ и т.д. Все, кроме населения.

Сайт Politic приводит мнение эксперта на этот счет.

"Тут, конечно, есть и определенная логика: население, образовательный и культурный уровень которого серьезно снизился — вместе с жизненным уровнем — серьезно изменило уровень пожеланий и претензий, в чем, в принципе, можно упрекнуть в первую очередь саму власть. Возникли новые риски, и если некоторые можно отнести к объективным (трайбализм, сепаратизм), то восприятие других было сугубо субъективным. Власть стала воспринимать любую критику как "наезд", "заказ", "покушение на устои" и где-то незаметно проскочила момент, когда "реформаторство сверху" превратилось в самодурство", - отметил Ашимбаев.

Масла в огонь, продолжает эксперт, добавили местные элиты, которые с помощью введения выборности рассчитывали укрепить экономическую самостоятельность региона: так уж получилось, что в ходе постоянных реформ, официально направленных на децентрализацию исполнительной власти и бюджетной политики, самостоятельность местных властей с каждым годом снижалась. К тому же практически все бюджетообразующие предприятия оказались зарегистрированы в центре или за рубежом. При этом ответственность за множество вопросов, подчиняющихся исключительно центру, легла на акимов. В какой-то момент, правительство, сильно обеспокоенное ответственностью за ухудшающееся состояние дел в стране, массово спихнуло значительную часть полномочий на места. При этом, центр опять-таки оставил за собой бюджетные полномочия, а разбухшую власть акимов не удосужился уравновесить эффективной системой сдержек и противовесов.

"На данный момент аким контролирует маслихат и систему выборов, и, как видим, этой властью делиться не намерен. Правительственные чиновники, большинство из которых в регионах не работало (и не собирается), пытаются придумать какую-нибудь реформу, чтобы стабилизировать ситуацию в регионах. Министры любят спихивать ответственность за те или иные косяки на акимов, но не решаются ее персонализировать", - продолжает Данияр Ашимбаев.

По его мнению, вертикаль управления реформами работает настолько асинхронно, что понять смысл некоторых начинаний просто не удается. К примеру, введение графы "против всех" и снижение порога для прохождения партий в Мажилис сразу после выборов, а не заранее, когда это имело смысл. Или либерализация требований к регистрации новых партий, при том что уполномоченный орган не дал возможности новым партиям появиться, а политическое руководство вообще не озаботилось вопросом создания хотя бы подставных партий. Но это, скажем так, политический процесс вообще.

"Исполнители привыкли, что начальству важен факт формального восхищения его инициативами, нежели практические мероприятия по их реализации. А может и начальству надоело постоянно требовать от подчиненных, чтобы те хоть что-то делали", - добавил политолог.

На этом фоне, отметил эксперт, возник логический парадокс: реформы сверху перестали работать вообще. Во-первых, из-за полной деградации системы планирования, исполнения и контроля; а во-вторых, из-за упорного нежелания аппарата вообще что-либо делать.

В итоге, по мнению Ашимбаева, встал вопрос о том, что нужно реформировать местные органы власти. Реформа распалась на три части: первая предусматривала очередную децентрализацию полномочий, вторая — введение выборности акимов (т.к. стало ясно, что маслихат — орган абсолютно не рабочий и не представительный), а третья — разработка новой концепции местного самоуправления. И хотя по идее сначала нужно было делать концепцию (причем с участием практиков, а не министерского планктона), потом перераспределять полномочия, а потом уже начинать выборы акимов.

"Это теория. Практика, точнее политическая традиция совсем иная. То, что концепция получится абсолютно нерабочей и бессмысленной, было ясно еще на стадии ее инициирования. Процесс перераспределения полномочий не учитывал того нюанса, что серьезная часть новых фискальных полномочий местных акимов натыкалась на налоговые послабления, введенные из-за карантина и его последствий. Самым логичным выводом было форсировать процесс выборности, не дожидаясь прочих этапов, причем по очень простой причине — в августе истекали полномочия нескольких сотен прежних акимов, и если бы прямые выборы были бы введены, скажем, осенью, то смысла в них никакого уже не было. А в отношении статуса, насколько можно судить, было принято прагматичное решение: избранные акимы создадут прецедент в отношениях население-сельский аким и сельский аким-районный аким, что позволит отработать теоретическую модель исходя из практического опыта", - отметил Ашимбаев.

По его мнению, модель несла в себе определенные риски, и множество профильных чиновников категорически от нее дистанцировалось, в лучшем случае публично похвалив инициативу главы государства, но на практике тщательно уклонившихся от процесса. В частности, Центризбирком аккуратно свалил ответственность на территориальные избиркомы. В бой отважно пошли орговики и партийцы, для которых процесс оказался очень важен в двух аспектах. Во-первых, партийными филиалами руководят акимы, заинтересованные в контроле кадров, а во-вторых, партии стали механизмом выдвижения кандидатов, т.е. очень удобным, популярным и взаимовыгодным каналом продвижения и брендирования агитационной кампании.

"Заместитель руководителя Администрации Президента Малик Мурзалин в своем интервью привел основные данные: было выдвинуто 2582 кандидатов (63,1% — самовыдвиженцы, 36,9% — партийцы), были зарегистрированы 2173 кандидата. В ходе спецпроверки кандидатов, по поводу которой было немало претензий, было выявлено 17 человек с поддельными дипломами и 4 человека, которые ранее привлекались к уголовной ответственности. Конкуренция составила 3,4 человека на место (наибольшая конкуренция была отмечена на юге страны). Средняя явка по стране составила 78,5% (наиболее активная — в ВКО, Жамбылской и СКО). В результате выборов 47,9% вновь избранных акимов — новички. Средний возраст "снизился" на 5 лет (с 50 до 45 лет). Мурзалин отметил, что среди победителей немало рядовых учителей и врачей, около 90 человек ранее не имели опыта госслужбы. По его мнению, выборность акимов должна повысить качество государственного управления в стране и его подконтрольность населению", - рассказывает политолог.

Резюмируя, Ашимбаев отметил, что феномен прямых выборов акимов, его взаимосвязь с реформой системы местного управления и самоуправления все еще ждет своего изучения.